Как доказать, что в смерти пациента виновны врачи?

Как доказать, что в смерти пациента виновны врачи?

Последний вагон из цента, выход из стеклянных дверей налево, по переходу выход на право, далее идти прямо до пересечения с улицей Ленинская слобода. По этой улице идти прямо , проходя БЦ Омега-плаза (чтобы он оставался по левой стороне), идти до пересечения с ул.Автозаводская. Повернуть направо и через 100-150 метров вы будете у дома 16, корп.2.

Спасибо за оставленную заявку

Наши специалисты в ближайшее время свяжутся с вами.

Условия, с которыми клиент соглашается, отправляя электронный адрес через форму подписки.

1. Условия обработки персональных данных (Далее – Условия) регулируют правоотношения по обработке персональных данных между компанией ООО «Лига защиты медицинского права», ОГРН 1167746175200, адрес: г. Москва, Автозаводская улица, д.16, стр.2 (далее – Компания) и Клиентом (дееспособное физическое лицо, достигшее 18-летнего возраста и желающее получать рекламно-информационные рассылки по электронной почте). Под персональными данными понимается любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (гражданину). Под обработкой персональных данных понимается любое действие (операция) или совокупность действий (операций) с персональными данным, совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств. К таким действиям (операциям) можно отнести: сбор, получение, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных.

2. Клиент соглашается с настоящими Условиями путем ввода принадлежащего ему номера телефона в специальное поле на сайте Компании «заказать обратный звонок», «получить консультацию» и другие услуги с последующим нажатием кнопки «Подписаться», «Зарегистрироваться», другое перечислить). Совершая указанные действия, Клиент сообщает персональные данные в целях осуществления обратной связи с Клиентом, заказавшим услугу.

3. При заказе Клиентом услуги через официальный сайт Компании, Клиент предоставляет следующую информацию: Фамилия, Имя, номер контактного телефона.

4. Предоставляя свои персональные данные Клиент соглашается на их обработку (вплоть до отзыва Клиента своего согласия на обработку персональных данных) компанией между компанией ООО «Лига защиты медицинского права», ОГРН 1167746175200, адрес: г. Москва, Автозаводская улица, д.16, стр.2 в целях предоставления Клиенту справочной информации и в иных целях согласно п.4 Условий. При обработке персональных данных Компания руководствуется Федеральным законом «О персональных данных», Федеральным законом «О рекламе» и локальными нормативными документами.

5. Если Клиент желает отозвать свое согласие на обработку персональных данных, Клиент должен направить официальный запрос Компании в следующем порядке: письмо с темой «Прекратить обработку персональных данных» на адрес электронной почты info@ligamedprava.ru.

При отзыве согласия на обработку персональных данных Клиент также отказывается от получения информационных рассылок.

6. Компания использует предоставленные Клиентом данные в целях:

6.1. Отправки сообщений информационного, уведомительного характера;

6.2. для оценки и анализа деятельности по продвижению товаров и услуг;

6.3. оценки и анализа работы системы Компании;

6.4. для анализа рыночного спроса и покупательских особенностей потребителей услуг Компании; предоставления персональных рекомендаций;

7. Компания обязуется не передавать полученную от Клиента информацию третьим лицам. Не считается нарушением настоящего пункта передача Компанией третьим лицам данных о Клиенте в обезличенной форме в целях оценки и анализа работы системы Компании, анализа покупательских особенностей Клиента и предоставления персональных рекомендаций.

8. Не считается нарушением обязательств передача информации в соответствии с обоснованными и применимыми требованиями законодательства Российской Федерации.

9. Компания при обработке персональных данных принимает необходимые и достаточные организационные и технические меры для защиты персональных данных от неправомерного доступа к ним, а также от иных неправомерных действий в отношении персональных данных.

Не пациент должен доказывать вину больницы в неустановлении верного диагноза, а больница – отсутствие своей вины в ошибочном диагнозе

gwolters / Depositphotos.com

По искам пациентов и их родственников о возмещении морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинской помощи ответчики – медорганизации всегда обязаны самостоятельно доказывать свою невиновность в неустановлении правильного диагноза либо невиновность в неправильном/несвоевременном лечении. Такое распределение бремени доказывания, по мнению Верховного Суда Российской Федерации, соответствует Гражданскому кодексу в системной взаимосвязи с законодательством о правах граждан в сфере охраны здоровья, включая государственные гарантии обеспечения качества оказания медицинской помощи (Определение ВС РФ от 2 сентября 2019 г. № 48-КГ19-9).

Иллюстрацией к указанному тезису послужило дело о возмещении моральных страданий в связи с неправильным лечением: гражданин умер дома, на второй день после посещения травмпункта, и продолжая назначенное там лечение. Лечили его – хоть и недолго – от ушиба грудины, а умер он, оказалось, от пневмонии. При этом рентген-снимок грудной клетки пациента у травматолога был, и он его даже просмотрел. Но, к сожалению, не обратил внимания на характерное для пневмонии затемнение, не заподозрил болезнь легкого, не назначил адекватное лечение сам и не направил на дообследование к другому.

Итог – безвременная смерть. Супруга и дочь умершего обратились с иском о компенсации морального вреда, причинённого ненадлежащим оказанием медпомощи.

В иске им, однако, было отказано: ведь нет прямой причинно-следственной связи между обследованием пациента у травматолога и его смерти в течение 48 часов. Да, медпомощь была оказана неполно: не уточнен анамнез, поверхностное физикальное обследование и т. п., однако пневмония протекала малосимптомно, и к тому же врач-травматолог рекомендовал пациенту продолжить лечение, подразумевая под оным и обследование в поликлинике по месту жительства. А уж если пациент ни сам туда не обратился перед смертью, ни его родные не вызвали ему ни участкового, ни “скорую”, то в этом травматолог не виноват; допущенные им недостатки лишь способствовали прогрессированию пневмонии и неблагоприятному исходу заболевания для жизни пациента.

А кроме того, в заключении судебно-медицинской экспертизы нет выводов о степени тяжести вреда, причинённого здоровью пациента действием (бездействием) работника больницы. А раз эксперт не установил степень тяжести вреда здоровью, то прямой причинно-следственной связи между спорной медпомощью и наступившей смертью, безусловно, нет.

Таким образом, ухудшение состояния здоровья, приведшее к наступлению смерти пациента, суд связал лишь с дальнейшим его необращением за медицинской помощью.

ВС РФ решения первой и апелляционной инстанций отменил и отправил дело на пересмотр, отметив, что дело было рассмотрено с нарушениями:

• суды не применили положения ГК РФ о возмещении вреда, причиненного здоровью и жизни гражданина, в системной взаимосвязи с законодательством РФ об охране здоровья. Между тем, исходя из положений Конституции РФ и положений Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ “Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации”, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой мер, в том числе определением принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, а также установлением ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Таким образом, нарушение качества медицинской помощи уже само по себе рассматривается в качестве нарушения конституционного права гражданина на охрану своего здоровья;
• суды не применили положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях ЕСПЧ в их взаимосвязи с нормами Конституции РФ, Семейного кодекса, ст. 150, ст. 151 ГК РФ, из которых следует, что в случаях оказания ненадлежащей медпомощи гражданину с исками о компенсации морального вреда могут обращаться члены его семьи. Потому что – исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, – возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому пациенту;
• по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причинённый вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда;
• следовательно, потерпевший в указанном деле представляет исключительно доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий – если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред;
• больница же, – применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием, – должна была доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда супруге и дочери смертью пациента, медицинская помощь которому была оказана ненадлежащим образом;
• однако в данном деле суды неправомерно заставили истцов доказывать обстоятельства некачественного оказания медпомощи и причинно-следственной связи между ненадлежащим оказанием помощи и наступившей смертью. Суд отказался оценивать их доводы о том, что в случае оказания пациенту качественной и своевременной медпомощи и проведения всех необходимых обследований и диагностических мероприятий, ему был бы правильно и своевременно установлен диагноз, и следовательно, была бы оказана надлежащая медпомощь с учётом его состояния здоровья. В то же время ответчиком – больницей – не было представлено доказательств, подтверждающих отсутствие её вины в неустановлении пациенту правильного диагноза, что повлекло за собой ненадлежащее и несвоевременное лечение пациента, приведшие к ухудшению состояния его здоровья и последовавшей его скоропостижной смерти;
• конкретно, суды не выяснили, предпринял ли врач все необходимые и возможные меры, в том числе предусмотренные стандартами оказания медпомощи, для своевременного и квалифицированного обследования пациента по его жалобам; правильно ли были организованы обследование пациента и лечебный процесс; имелась ли у больницы возможность оказать пациенту необходимую и своевременную помощь;
• а раз бремя доказывания было распределено неправильно, то вывод – об отсутствии причинно-следственной связи между недостатками медпомощи, оказанной пациенту сотрудниками больницы, и его наступившей смертью и причинением тем самым истицам морального вреда, – нельзя признать правомерным.

Дополнительно ВС РФ указал на еще один существенный недочет – суды проигнорировали положения закона о правах и обязанностях лечащего врача. А ведь именно лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, приглашает для консультаций врачей-специалистов либо даже созывает консилиум врачей, оценивает советы приглашенных врачей и устанавливает диагноз.

Наконец, суд не должен был увязывать наличие причинно-следственной связи между спорной медпомощью и смертью пациента с тем, указал ли эксперт в заключении СМЭ точную степень тяжести причинения вреда здоровью, – одно с другим не связано.

Врач признал свою вину в смерти пациента, но его оправдали

Заведующему терапевтическим отделением Красноуфимской районной больницы Свердловской области Андрею Катыреву грозило наказание, поскольку эксперты установили прямую связь между проведённой им процедурой колоноскопии и колото-резаной раной в кишечнике, от которой скончался 28-летний пациент.

«Никто не обратил внимания на то, что источники литературы, по которым делали заключение, были 80-х годов издания, когда только зарождалась колоноскопия, инструменты были совсем другие», – рассказал адвокат Андрея Катырева.

Доктор заявляет, что его практически заставили подписать признание во врачебной ошибке, но случилось чудо: районный суд оправдал врача.

Но, эта история пока не закончилась. После оправдательного приговора СК не сдаётся и возбудил новое уголовное дело по статье 238 — предоставление услуг, не отвечающих требованиям безопасности.

— Следователь начал объяснять, что я виноват в смерти этого парня, то есть, что я непредумышленно убил пациента. Я не понял, переспросил: «Я убил?» Я знал, что я невиновен, я не мог ту колотую рану на кишечнике нанести колоноскопом, это просто невозможно. Но и следователь, и адвокат говорили: экспертиза показала прямую причинно-следственную связь. Убеждали меня признать вину и обещали скостить треть срока. Они по-доброму говорили, что так будет лучше, что это для меня единственный выход… Я подписал признание, — рассказывает порталу е1.ru врач Красноуфимской районной больницы Андрей Катырев.

«Причина смерти — перфорация кишечника и сепсис»

Чаще всего истории о врачебных ошибках подаются с позиции потерпевших — пациентов или родных, которые потеряли близкого человека. Их горе и эмоции, желание разобраться, найти и наказать виновных понять можно. Не всегда врач на самом деле виноват, но образ врача-убийцы создается и отпечатывается где-то на подкорке. Андрей Катырев практически попал в число таких врачей: почти полгода он считался «убийцей в белом халате». Его стаж работы в профессии — 35 лет, он эндоскопист. Андрея Геннадьевича обвиняли по части 2 статьи 109 — «Причинение смерти по неосторожности из-за ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей». В больнице умер молодой человек — пациенту было 28 лет. Все было против Катырева: заключение экспертов о прямой причинно-следственной связи между действиями врача, его личное признание вины. И неожиданная развязка в суде — врач оказался невиновен!

28-летний Сергей (имя изменено) умер в новогодний день, 1 января 2017 года, через две недели после поступления в больницу. Его привезли в инфекционное отделение с сильными болями в животе. Обследовали: анализы, УЗИ, рентген — все, что можно в условиях районной больницы. Но лучше не становилось. Отправили на колоноскопию — это когда с помощью эндоскопа врач осматривает поверхность толстой кишки. Обычно такую процедуру делают под общим наркозом, но в районной больнице в тот момент не было такой возможности. Обследование можно было провести без наркоза, это тоже допускается, нарушения в этом нет. Так и решили поступить.

— Некоторые терпят, все от болевого порога человека зависит, — объясняет Андрей Геннадьевич. — Но тут не получилось обследовать пациента. Дошли примерно до селезеночного угла. Потом ему стало больно, попросил: хватит. Тут же прервали, взяли ткань на биопсию. Молодой человек соскочил с кушетки, в туалет, потом пошел в отделение. Я его спросил: «Как дела?» Он ответил: «Все хорошо».

Первые два-три дня Сергею становилось лучше после той незаконченной процедуры. Это объяснимо: после колоноскопии кишечник работает правильно, улучшается перистальтика. Сергей просился домой, хотел отметить Новый год с близкими в родных стенах и вернуться обратно в больницу. Но накануне новогодней ночи пациенту неожиданно стало плохо: температура, боль. Его отвезли в реанимацию, пытались спасти, но не смогли. У молодого человека развился сепсис, перитонит. Хотя еще накануне острых признаков не было.

При вскрытии хирурги написали в заключении: перфорация стенки кишечника. Перфорация — это повреждение, колотая рана размером 0,1–0,2 миллиметра. Из-за нее и развился сепсис. Но откуда взялось повреждение? Последней и единственной инвазивной (то есть связанной с введением в полость организма специальных инструментов) процедурой была колоноскопия, которую проводил Андрей Катырев.

Мать Сергея, потеряв сына, написала заявление в Следственный комитет. Никого конкретно не обвиняла, просто просила разобраться. На первый допрос Андрея Геннадьевича вызвали как свидетеля. Он особо не волновался, был уверен, что никакой его вины в гибели молодого человека нет. С мамой погибшего они тоже общались вполне дружелюбно. Пока шло следствие, она попала в больницу к Андрею Геннадьевичу.

— Нормально, хорошо поговорили, — вспоминает врач. — Она согласилась, что колоноскопия никак не связана со смертью, мол, все ее знакомые врачи ей сказали то же самое.

Через десять месяцев Катырева вызвали на второй допрос. На этом же допросе предъявили обвинение. Эксперты Свердловского бюро судмедэкспертизы установили прямую причинно-следственную связь между действиями врача и смертью молодого человека. Они решили, что врач повредил кишечник при колоноскопии.

— Следователь показал документ, заключение экспертизы, начал объяснять, что я виноват в смерти парня-пациента, то есть непредумышленно убил. Я не понял, спросил: «Как я убил?» Я знал, что я невиновен.

— Потому что я не мог ту колотую рану на кишечнике нанести колоноскопом, это невозможно. Рана 0,1–0,2 миллиметра, у колоноскопа тупой конец диаметром сантиметр. К тому же я помнил, что у парня после процедуры все было хорошо. При настоящей перфорации больной бы едва сполз с кушетки, это боль страшная, резкая. И сам бы он точно не пошел. Но и следователь, и адвокат (по назначению) говорили: у вас статья 109, экспертиза показала прямую причинно-следственную связь. Объясняли, что с этим не поспоришь, что проще признать вину. Сказали, что потерпевшая подала гражданский иск ко мне на миллион рублей и надо наложить арест на мою машину. Ездить до суда разрешили, главное, чтобы не продавал. Они по-доброму говорили, убеждали. И я подписал признание.

Дело ушло в суд. Приговор светил однозначно обвинительный. Еще один «врач-убийца» был бы готов. Но Андрею Катыреву повезло: коллеги в красноуфимской больнице поддержали его, нашли опытных юристов, которые взялись бесплатно защищать врача.

— Я работал, делал колоноскопии, потому что был уверен, что не мог нанести никаких повреждений тупым концом прибора. Но была депрессия, пытался заглушить страх алкоголем, — честно признается он. — Хорошо, что главврач и адвокаты не дали опустить руки. Они вдохновили меня бороться за свободу и честное имя.

Привлекли к суду экспертов-медиков, коллегу из небольшой районной больницы взялись защищать лучшие специалисты региона, главный хирург УрФО Михаил Прудков. На экспертизу отправили гистологический материал, образцы тканей органов умершего. Только после этого исследования выяснилось, что у погибшего была врожденная патология — ишемический колит. Это неполноценность оболочек кишечника, когда мышечная ткань частично замещается жировой. Эксперты на суде утверждали, что колоноскопом никак нельзя было так повредить ткань. Так же как и воздухом (перед этим исследованием в прямую кишку накачивают воздух) — там был бы совсем другой характер повреждений.

— Нельзя так безалаберно рассматривать дела, которые касаются врачей, — комментирует историю защитник врача Илья Кожевников.

Он бывший следователь, вел в том числе и медицинские дела, или, как их правильно называть, дела с ятрогенным составом.

— Обвинение Андрею Катыреву предъявили за десять дней до окончания срока следствия, на втором допросе. Поставили перед фактом, нашли нужные слова, убедили признать вину. Кроме того он согласился, чтобы дело рассматривали в особом порядке: когда судья выносит приговор без исследования доказательств по делу, только изучая характеристику подсудимого, это возможно при условии признания вины. Как может быть по врачебным делам особый порядок?! В нашем случае никто не обратил внимания на то, что источники литературы, по которым делали заключение, были 80-х годов издания, когда только зарождалась колоноскопия, инструменты были совсем другие. Врачи чаще всего не знают, как себя вести в подобной ситуации, первый раз сталкиваются с этой системой: или признают вину, или начинают оправдываться. Прокурор просил для Катырева три года ограничения свободы и два года лишения права заниматься медицинской деятельностью. Куда пойдет врач-колоноскопист в Красноуфимске? Охранником в «Пятерочку»? Сломанная жизнь. Больница теряет опытного специалиста.

— Вы себя на место следователя ставили? Вы как бывший следователь как бы себя повели? Ведь о качестве работы следователя (пусть негласно, конечно) судят по количеству дел, переданных в суд. Не довел дело — плохо работает.

— Да, я был на этом месте. Вел медицинское дело. Тогда я провел все экспертизы по делу врача. И невиновность его была для меня очевидна, я прекратил дело. Но постановление о прекращении дела отменили, дело передали в суд. А суд в итоге того врача оправдал. Сейчас в месяц в Свердловской области возбуждается около десятка уголовных дел. Каждое нужно рассматривать детально, с привлечением экспертов-медиков. Если есть вина, небрежность, халатность, то врач однозначно должен отвечать. И эффективность работы следователя не в том, чтобы любыми путями отправить дело в суд.

Как сообщалось ранее, врач-эндоскопист Пётр Стоцкий обвиненный в причинении смерти пациенту во время проведения колоноскопии «вследствие ненадлежащего выполнения профессиональных обязанностей», полностью оправдан Городским судом Санкт-Петербурга. За необоснованное уголовное преследование, вследствие которого врач понес имущественный и моральный вред, Министерство финансов РФ выплатит компенсацию, а прокуратура должна принести врачу извинения.

Петра Стоцкого, врача-эндоскописта клиники «Медпомощь 24» обвинили в причинении смерти вследствие ненадлежащего выполнения профессиональных обязанностей по части 2-й статьи 109 УК РФ. Он проводил колоноскопию 70-летнему пациенту, перенесшему за год до исследования операцию по удалению опухоли сигмовидной кишки. Подробнее читайте: Суд постановил извиниться перед врачом за необоснованное уголовное преследование

ИнтервьюМедицинский юрист — о халатности врачей и деле Мисюриной

Что такое врачебная ошибка и за что доктор в России может попасть в тюрьму

В январе московского гематолога Елену Мисюрину приговорили к двум годам колонии за смерть пациента. Дело возбудили после смерти тяжелобольного, которому она в 2013 году делала биопсию. Мужчина умер в другой больнице через три дня после процедуры. Мисюрина не признает себя виновной и настаивает, что выполнила процедуру правильно. Ее поддерживает общественная организация «Лига защиты врачей». Под онлайн-петицией с требованием пересмотреть дело Мисюриной подписались уже более 76 тысяч человек. Кроме того, врачи запустили флешмоб #яЕленаМисюрина, призванный привлечь внимание общественности к «кампании по массовому обвинению медработников во врачебных ошибках».

Столичный департамент здравоохранения также вступился за Мисюрину, а 31 января прокуратура Юго-Западного округа Москвы подала апелляцию в суд на приговор врачу-гематологу. Ведомство просит отменить приговор и вернуть дело прокурору.

Генеральный директор «Факультета медицинского права» и юрисконсульт по медицинскому праву Полина Габай рассказала The Village, что не так с делом Мисюриной, как отличить врачебную ошибку от уголовного преступления и что делать, если врач халатно выполнил свою работу.

— По каким статьям могут привлечь врача в России?

— Уголовных статей достаточно много. Основные — это статья 109 Уголовного кодекса («Причинение смерти по неосторожности») и статья 118 («Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности»). Также существуют статьи «Неоказание помощи больному», «Заражение ВИЧ-инфекцией», «Незаконное осуществление медицинской деятельности», «Халатность». Максимальное наказание по этим статьям — два года лишения свободы, а по некоторым частям — более пяти лет.

Статья за халатность распространяется исключительно на должностных лиц в государственных учреждениях, то есть тех, кто занимается административно-хозяйственными и распорядительными функциями. В целом у следственных органов и судов есть большой арсенал, чтобы привлечь виновных лиц.

— Какие недостатки есть у этих статей с юридической точки зрения?

— С какой стороны баррикад посмотреть. Со стороны СК, наверное, недостатки есть, потому что по большинству статей время привлечения к ответственности — два года с момента совершения преступления. Пока следствие очухается, пока пройдет экспертиза, пока заведут дело и состоится суд, время истечет. Часто бывает, что из-за этого избегают ответственности на самом деле виновные медицинские работники.

— Как отличить врачебную ошибку от причинения смерти по неосторожности?

— В медицинском праве есть множество понятий, которые законом четко не определены: например, термины «врачебная ошибка», «дефекты медицинской помощи», «недостатки медицинской помощи», «ятрогения» не равнозначны, и их часто используют неправильно.

Самый распространенный термин — «врачебная ошибка» — тоже не имеет четкого юридического определения. Я опираюсь на версию профессора Давыдовского, который в 1941 году сказал, что врачебная ошибка — это добросовестное заблуждение врача, основанное на несовершенстве современного состояния медицинской науки и методов ее исследования, либо вызванное особенностями заболевания пациента, либо объясняемое недостатками знаний и опыта врача, однако без элементов халатности, небрежности и профессионального невежества. То есть это ошибочное действие врача, но без его вины. Такое может произойти из-за незнания доктора, непредсказуемой реакции человеческого организма, атипичного течения заболевания, да и в любом случае медицина не является до конца изученной областью науки.

Из-за СМИ, пациентов и отчасти юристов фраза «врачебная ошибка» приобрела обратный смысл и обозначает неверное виновное поведение врача, которое может привести чуть ли не к смерти. Это приводит к неверной оценке действий врачей и необоснованной агрессии пациентов. Но вообще нет смысла использовать это не закрепленное на нормативном уровне понятие, которое вносит ложный смысл и всех путает.

За что могут осудить врача

— Тем не менее как отличить врачебную ошибку от смерти по неосторожности? И часто ли нашим судам удается это сделать?

— Медицинская ошибка — это не то же самое, что причинение смерти по неосторожности, как минимум потому что ошибка обозначает действие или бездействие врача, а смерть отражает возможное последствие такой ошибки.

На самом деле это ключевой вопрос, потому что нет без вины виноватых. Любая вина может быть умышленной или неосторожной. Относительно медработников мы обычно говорим о неосторожной вине, потому что второй вариант скорее из области казуистики. Неосторожная вина — это легкомыслие либо небрежность. Первое близко по смыслу к самонадеянности, второе — к халатности.

Однако может быть и двойная форма вины. Например, врач назначил пациенту препараты не по инструкции, а исходя из собственных соображений и опыта. Такая практика — это неотъемлемая часть медицинской деятельности в России. Например, по данным Европейской комиссии более 50% лекарств, которые выписывают детям в России, вообще не разрешены для использования в младшем возрасте. Такие действия следует квалифицировать как умышленные, но вот вина по отношению к наступившим в результате последствиям будет неосторожная.

Елену Мисюрину осудили по статье 238 УК РФ («Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности»). Эта статья как раз подходит для ситуаций, когда врач назначает лекарства офф-лейбл (не по стандартам и инструкциям. — Прим. ред.). Статья предполагает умышленное оказание услуг, не отвечающих требования безопасности, и неосторожную вину врача в смерти пациента. То есть Мисюрина якобы намеренно провела небезопасную процедуру, которая привела к смерти пациента. Это абсурдно.

Смерть близкого или родственника по вине врачей

Если произошла такая неприятная ситуация, как смерть близкого человека по вине врачей, необходимо сразу начинать первые шаги, направленные на возмещение как морального, так и материального ущерба. Один из моментов, направленных на возмещение ущерба, заключается в обращении в компетентные правоохранительные органы, которые смогут провести все необходимые процедуры и экспертизы для выяснения причин смерти родственника по вине врачей.

Как правильно доказывать вину врачей

Своими силами доказать вину врачей крайне сложно, особенно если нет достаточных полномочий или знаний. В такой ситуации лучше прибегнуть к квалифицированной юридической помощи по медицинским вопросам. Опытный юрист сможет собрать все необходимые для ведения дела в суде информационные данные.

Из необходимых информационных данных необходимо собрать медицинскую карточку, а также историю болезни. Это поможет определить наличие или отсутствие врачебной халатности в данном деле. Ведь халатность здесь можно быть как в выборе неправильного лечения, так и в постановке неправильного диагноза.

Кроме того, врачебная халатность, повлекшая за собой смерть близкого человека по вине врачей, устанавливается при помощи специализированной судебно-медицинской экспертизы. Иногда необходимо провести несколько таких экспертиз, чтобы понять, за что, когда и как привлечь врача к ответственности.

Бывают и такие случаи, при которых необходимо провести эксгумацию для проведения исследования. Данный процесс должны проводить компетентные сотрудники и только при полном соответствии с настоящими нормами УПК РФ.

Если врачебная халатность была подтверждена, то действия врача автоматически попадают под статью 293 Уголовного кодекса. При этом важно помнить о том, что действия доктора могут классифицироваться по некоторым другим нормам того же уголовного законодательства.

Привлечь к ответственности медиков за причинение вреда

Есть два пути решения по тому, как привлечь врача к ответственности. Рекомендуется прибегнуть к помощи квалифицированного юриста, имеющего опыт в решении медицинских споров.

Первый способ решения проблемы – это обращение непосредственно к органам полиции. При таком развитии событий решение о том, чтобы возбудить уголовное дело по врачебной халатности, будет принято только после получения всех необходимых результатов проверок каждого изложенного факта.

Вместе с требованием о привлечении доктора к ответственности можно поставить вопрос о соответствующем взыскании как морального, так и материального ущерба. Возможность взыскания денежных средств в качестве компенсации рассматривается согласно гражданскому иску.

В заявлении необходимо подробно, с указанием фактов, описывать, в чем точно состояла халатность доктора или медицинского персонала. Помимо того, необходимо описать те действия, которые были бы в той ситуации более правильными. Помочь с определением действий сможет квалифицированный юрист. Только юридическая помощь по медицинским вопросам поможет увеличить шансы успешного ведения дела и положительного решения суда.

Второй способ – это обратиться в прокуратуру

Следует отметить, что каждый случай, связанный с ошибками врачей, является индивидуальным, поэтому необходимо действовать максимально быстро, собрать всю необходимую информацию и данные, и после этого вести дело. Все это необходимо делать с юристом, у которого есть практический опыт и база зданий.

Ответственность доктора за халатность

Как было отмечено, халатность классифицируется статьей 293 УК России. Согласно ее нормам, врач может быть наказан следующим образом:

1. 5 лет максимум или принудительные работы на тот же срок, если халатность стала причиной смерти;
2. 7 лет, если халатность повлекла за собой смерть более одного человека;
3. Лишение права на осуществление врачебной деятельность – 3 года.

Как писать жалобу на врачей – основные моменты

1. Необходимо определиться с тем, куда писать: по месту регистрации врача, умершего родственника или по месту регистрации медицинского учреждения;
2. В заявлении должны быть подробно указаны и расписаны все обстоятельства, согласно которым человек обратился за квалифицированной медицинской помощью;
3. Также необходимо подробно описать действия врачей (приехала бригада, один врач, как смотрели, что назначили и т.д.);
4. Еще один важный момент, который должен быть в заявлении – указание причины смерти родственника по вине врачей, если такая информация известна. Это может быть неправильное лечение или, к примеру, передозировка лекарствами;
5. В заявлении необходимо описать все действия, которые являются или входит в состав преступления. Если говорить проще, то необходимо описать, в чем именно заключалась врачебная халатность, повлекшая за собой смерть пациента;
6. В конце следует вписать просьбу проверить все изложенные выше факты, а также принять все необходимые меры для возбуждения уголовного дела против врача и его халатного исполнения служебных обязанностей.
7. К заявлению необходимо добавить все документы, которые подтверждают обращение пациента к врачу, а также документы, в которых зафиксирована смерть и описанием обстоятельств и причин.

Чем больше информации будет в заявлении, тем быстрее будет принято компетентное решение. Для того, чтобы собрать как можно больше информации, рекомендуется обратиться за юридической помощью. Квалифицированный юрист соберет всю необходимую информацию. В том числе ту, которая, по мнению заявителя, не представляет собой ценности для ведения дела.

Важно! По всем вопросам, если не знаете, что делать и куда обращаться:

Звоните 8-800-777-32-63.

Бесплатная горячая юридическая линия.

Окончательный диагноз

В своем иске в суд родные просили о компенсации морального вреда за смерть пациента из-за “ненадлежащего оказания медицинской помощи”. Суд иск принял. Положенная в таких случаях медицинская экспертиза написала в своем заключении, что в смерти пациента виноват он сам, а вины врачей нет.

Основываясь на подобном заключении, местные суды заявили, что вины медиков они не видят и, основываясь на выводах экспертов, отказали родственникам умершего в компенсации морального вреда. Несогласные с таким решением близкие пошли дальше и выше – в Верховный суд РФ.

Там дело затребовали, изучили и с выводами коллег не согласились, посчитав, что в жалобе жены и дочери покойного есть резон.

Вот суть судебного спора. Житель Челябинска обратился в областную больницу с жалобами на боли в грудной клетке и на одышку. Рассказал, что эти неприятности начались после того, как он неудачно упал на спину. Мужчину осмотрел врач-травматолог и отправил на рентген. Получив снимок, поставил диагноз “ушиб грудной клетки” и назначил соответствующее лечение.

Но спустя всего два дня после постановки “нестрашного” диагноза пациент скончался от пневмонии. У мужчины остались жена и дочь. Они посчитали, что смерть их близкого наступила в результате “ненадлежащего оказания медицинской помощи” врачом-травматологом. Женщины обратились в суд с иском и попросили о компенсации морального вреда в размере трех миллионов рублей каждой.

Истицы уверяли суд, что врач, который принял их мужа и отца, не провел необходимого обследования мужчины, “не изучил рентгеновский снимок его грудной клетки с новообразованием, характерным при пневмонии”, не собрал нужные анализы, не поставил правильный диагноз и не назначил положенного при таком заболевании правильного лечения. Калининский райсуд Челябинска назначил комиссионную медицинскую экспертизу.

Согласно заключению экспертизы, травматолог в целом оказал помощь пациенту правильно, но неполно. По мнению экспертов, допущенные недостатки не явились причиной возникновения пневмонии, “но способствовали ее прогрессированию”.

Кроме того, прошло заседание лечебно-контрольной комиссии, которая пришла к выводу: врач-травматолог обоснованно выставил диагноз “ушиб грудной клетки”, назначил соответствующее лечение и рекомендовал продолжить обследование в поликлинике по месту жительства. А вот этого пациент не сделал и в поликлинику не обратился. По мнению суда, это и привело к трагическому исходу.

В итоге районный суд заявил, что прямой причинно-следственной связи между действиями врача и смертью его пациента он не увидел. И сам по себе факт оказания медицинских услуг с дефектами “не является достаточным основанием для взыскания морального вреда”. Поэтому иск остался без удовлетворения. Челябинский областной суд подтвердил правильность и законность такого решения.

В таком виде дело дошло до Верховного суда РФ. И там с подобными выводами коллег категорически не согласились.

Главное, что заявил Верховный суд, – доказывать качество оказания медпомощи должна сама больница, а не пациент или его родственники. И еще – экспертиза не имеет заранее установленной силы, ее нужно оценивать вместе с остальными доказательствами.

Как растолковала Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда, челябинские суды возложили бремя доказывания обстоятельств, касающихся некачественного оказания гражданину медицинской помощи и причинно-следственной связи между этим событием и смертью пациента, на истцов. А должны были задать эти вопросы областной клинической больнице.

Местные суды не дали оценку доводам вдовы и дочери пациента больницы, что если бы их близкому вовремя и правильно установили диагноз и правильно назначили лечение, все было бы в порядке.

Челябинские судьи, по мнению Верховного суда РФ, не оценили то обстоятельство, что в заключении судебно-медицинской экспертизы отмечены недостатки. Они на этот счет просто промолчали.

Верховный суд напомнил своим коллегам, что обязанность возместить причиненный вред не поставлена в зависимость от степени тяжести такого вреда. Об этом сказано в статье 1064 Гражданского кодекса.

По мнению высокой судебной инстанции, вывод челябинского суда, что гражданину стало совсем плохо только из-за его неприхода в поликлинику, “не основано на нормах материального права”. В итоге Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда решения челябинских судов отменила и велела пересмотреть дело заново, но с учетом ее разъяснений.